Вячеслав Сапунов (sapunov) wrote,
Вячеслав Сапунов
sapunov

Categories:

Еще раз о Наримановском кладбище

via Day.az. Спасибо Эльнуру Баимову за републикацию статьи.

"ПРОДАЮТСЯ КОСТИ И МОГИЛЫ ВАШИХ РОДНЫХ. ЦЕНЫ - БОЖЕСКИЕ"
Попытка цензурного изложения того, что ныне творят на Наримановском кладбище с усопшими и их родственниками


Д.ЗУБРУС

ГЕРОИ СЕРВАНТЕСА

То, что на погребенных беспощадным экскаватором костях собираются строить не только дорогу, но и различные здания, можно понять, просто зайдя на кладбище со стороны Дарнагюля. Проход на погост я заметил сквозь строящуюся пятиэтажку, внешне напоминающую будущий офисный центр. Пройдя по сквозному пространству, я очутился посреди чего-то непонятного: что-то среднее между мусорной загородной свалкой, куда свозится весь хлам города, и стройплощадкой. Когда глянул под ноги - стало тошно.

Мои ботинки стояли на кусках, ошметках памятников, на которых разобрать можно было не больше чем пару букв. Их в буквальном смысле раздолбали в пух и прах. Герой Сервантеса воевал с ветряными мельницами, Баку же воюет с мертвецами...

Чем дальше я пробирался внутрь кладбища, тем холоднее становилось в ногах. Я вроде не робкого десятка и настраивался на этот поход. Но, видимо, на такое настроиться невозможно. Что осталось от целой жизни? Ничего. Говорят, страшно встречать старость в одиночестве. Но еще страшней представить, что после смерти твое одиночество будет вечным и к тому же безымянным, как разбитый памятник. Руки тряслись, и кадры получались размытыми.

Я шел, а вдоль дороги валялись кресты и надгробные плиты. Сзади послышался смех. Двое рабочих шли вслед за мной. Явно пытались нагнать.
- Вы что фотографируете? - обратился один.
- Кладбище, - ответил я.
- Вы из АНС?
- Нет.
Они ожидали развернутых ответов, но лаконичность мне импонировала больше.
Поворот влево вел к тем самым могилам, которые сейчас так жадно выкапывают. Многие не стали дожидаться момента, когда очередь дойдет до участка с их родственниками. Идя по этой дороге, я увидел первые дыры в земле. Вроде обычные, такие же, как те, которых тысячи в городе: под столбы, фонари...Но от них было до отвращения жутко. Вырытые могилы были, словно пустые глазницы, которые глядели какой-то злой мистической слизистой пустотой. А разорванная, цвета сгустившейся крови одежда мертвецов была сравнима, пожалуй, лишь с тем, что творится сейчас на этом погосте. После этих "пейзажей" разбитые гробы, торчащие из могил, воспринимались просто как доски...Стоит ли тогда удивляться отношению рабочих кладбища к происходящему, если для меня спустя 15 минут разбитый гроб воспринимался как обычная доска?

"МНЕ НИКТО НЕ УКАЗ, Я САМ СЕБЕ УКАЗ"

Поток энергии человеческой глупости зачастую неуправляем. Но страшнее поток безразличия, бытового цинизма, порожденного хроническим бездельем. Лично я не в силах понять, что может заставить человека прийти на кладбище с целью тупо пририсовать распылителем бороду лику, изображенному на монументе, или повесить лифчик на памятник мужу с женой? Что этим можно доказать? Победу над мертвыми?..
То, что после посещения этого места из меня польется неиссякаемый поток негатива, я понимал изначально. Но что все настолько отвратительно...
По левую сторону совсем свежие кресты: Логинова (15.04.2007), Лопаткина (19.07.2007), Волкова (28.08.2007). Зачем позволили их хоронить на этом кладбище?

Когда несколько дней назад я разговаривал с директором Наримановского погоста Кямраном Мамедовым (чит. интервью в "Зеркале"), он сказал, что хоронил до августа, так как до этого времени не знал, что кладбище снесут. Конечно, это бред, который даже комментировать не стоит. Просто приведу один факт.

На подходе к конуренке, в которой сидит Мамедов, слышится музыка из припаркованной рядом "Газели". Звучит то ли Брамс, то ли Намик Гарачухурлы.
"Граждане! Просьба не захламлять тупики и тропинки..." - табличка на стене конуренки вызывает улыбку... Лучше б вы только сорили, господа! Рядом висит документ поважней - предупреждение о сносе кладбища, в котором, цитирую, написано: "Согласно распоряжению главы исполнительной власти города Баку за N395 от 17 августа 2007 года принято решение..." и так далее (полностью читайте на фото).

А теперь сравним две даты: 17.08.2007 (подписание документа) и 28.08.2007 (день смерти Прасковьи Волковой). По русским обрядам хоронят на третий день. Получается, земле тело Волковой было предано 30 августа, спустя 13 дней после распоряжения главы ИВ. То есть Мамедов не замечает даже того, что приклеено на стене его офиса? Или на кладбище можно хоронить людей без его ведома? У нас ведь на все проступки существует отговорка 10-летних пацанов: "Я не знал", "Я не был осведомлен". Последняя только звучит более солидно. Так действуйте же, службы, ориентированные на защиту порядка и соблюдения прав и ответственности граждан!

Наш мэр, после указа президента посетивший кладбище, почему-то не заметил этого всего. Не заметил он разбитых и оскверненных могил, не заметил работы бульдозера, который сравнивает кости забытых покойников с землей, о датах на могилах, о тайном шепоте рабочих и директора я вообще умолчу. Абуталыбов отделался лишь популистским раздариванием номера своего мобильного, дескать, если что - звоните.

Навстречу шла рыдающая бабушка - божий одуванчик:
- Искала, искала своих... Никого нет. По-моему все под экскаватором...
Бабушка бы вам с удовольствием позвонила, господин Абуталыбов. Вот только на мобильный наскребет контуры с пенсии (поголодает несколько месяцев) и сразу позвонит, скажет, что не так.

"БЕСПЛАТНО ТОЛЬКО ПТИЧКИ ПОЮТ"

У входа на кладбище дежурит таксист.
- Такси на Говсаны. Все, что надо, быстро и комфортно сделаю. Недорого, - подошел он, тараторя на ходу.
- За сколько везешь? - спрашиваю.
- 20 манатов туда, 20 манатов обратно.
- Это у тебя "недорого"?
- Ты что! Ты знаешь, где Говсаны находятся?
- Знаю, за Гарачухуром. В Гарачухур из города за 7 манатов доезжают.
- Нет! Ты не знаешь, где Говсаны!

У гробокопателей, расположившихся возле офиса директора Мамедова, обед. О чем-то шушукаются, радуются кладбищенской жизни:
- Где сейчас работы ведутся? - интересуюсь у одного из них.
- Везде: там, там, там, - тыкает он пальцем вдаль. - У вас где? - спросил он.
- Там и там, - ткнул пальцем я в ответ. Стало вновь не по себе. Отвратительно врать по такому поводу. Но я продолжил, - Там и там. Всего 7 покойников.
- Я тебе все сделаю по высшему разряду, - отвел он меня в сторону.
- Не мне!
- Твоим близким...7 могил... Я все беру на себя. Нас трое человек. Будем копать. Организуем машину: туда-сюда, подешевле, за 40 манатов. И без очереди сделаю. Памятники перетащим, если есть. Все как надо. За все заплатишь 200 манатов.
- Сколько? - не расслышал его напарник.
- 200.
- А, нормально... - одобрил тот.
- Что так дорого? - возмутился я.
- Клянусь, недорого. Все по-божески делаем. Нас трое рабочих. Еще на такси. Еще надо заплатить долю pуководству: так 10-15 дней надо ждать, а заплатим - все сразу сделаем...
Договорились, что я перезвоню ему.

Я побрел вглубь кладбища, где ведется основной фронт работ. На этих участках будто и не было могил. Опять же - ассоциация с загородной свалкой. На первый взгляд, просто камни, а если приглядеться - куски памятников вперемешку со срубленными елями, непонятными канистрами, бутылками и прочим хламом.

Грузовик "КАМаз" заезжает вглубь, где в его кузов экскаватор зачерпывает все, что попадается на пути ковша.
Дальше - картина та же. Зияющие дыры могил и ощущение одной большой бомбежки, случившийся здесь за пару часов.

В противоположном от входа конце кладбища уже не стесняясь строят новостройку.
- На костях? - спрашиваю копошащегося у рабочего.
- Конечно. В 2005 году что повыкапывали, что оставили... Теперь вот дом строят.

Я прошел еще несколько метров и услышал сзади крик. За мной бежал рабочий:
- Эй, подожди, подожди. У тебя же здесь никто не похоронен, - пытаясь отдышаться, сказал он.
- С чего ты взял?
- Ребята видели, ты снимал. Ты с АНС!
Он не спрашивал, он восклицал. Видимо, те двое, что видели меня еще у входа, сказали. И с чего они все считают, что АНС с фотоаппаратом ходит. Смешно, ей Богу: страна боится не закона, а АНС!
- У тебя есть мой голос, сотри его, - не унимался рабочий.
- Нет у меня твоего голоса. Успокойся!
- Есть, посмотри сколько карманов... Не говори про меня, я - бедный рабочий, - он заплакал.

Почему-то в нашей стране, когда человек припирается к стенке, он всегда давит на жалость: у меня мама больная, у меня папа - инвалид. Если приглядеться, то и общество стало инвалидным. И это несложно увидеть. Нужно лишь слегка надавить. А для этого необходима одна несложная штука - каждому знать свои права. Но когда говоришь кому-то о несправедливости и натыкаешься на ответ "А-а-а, везде так", понимаешь, что в итоге дураком окажется тот, кто действительно свои права знает.

Я долго и политкорректно пытался отделаться от рабочего. Но пока не сказал ему "отвали", он продолжал тискать меня за руку.
Я шел дальше и думал: почему все вокруг настолько мерзко? Продается все. Сейчас - даже останки тех, о ком осталась лишь светлая память...О том, что коррупция изгноила насквозь весь Азербайджан, говорят даже международные рейтинги, где конкуренцию нам составляют страны Африки. Но зачастую мы побеждаем и этого сильного противника! В голову пришла ассоциация: если гнить начала уже земля, то что хорошего может из нее вырасти? Разве что прогнившие чиновничьи доходы. Когда глядишь на валяющийся под ногами памятник с пятиконечной звездой наверху - становится...даже не знаю, какое ощущение одолевает... Наверное, понимаешь, что если с жизнью и памятью этого человека, который боролся с фашизмом, обошлись таким образом, то чего будет стоить наша - моя, твоя, всех, каждого? И что такого в этой жизни надо сделать, чтоб в итоге тебя оценили и дали спокойно отдохнуть в могиле? Наверное, стать чиновником?!...

Размышляю и, кажется, слышу ответ многих из вас: "А-а-а, везде так"... Система безнаказанности сметет все, как смела все песочная дорога, протоптанная "КАМазами" по бывшим могилам.

* * *
Возле ограды суетится очеpедной рабочий в серой спецовке.
- Кого-то ищите? - повернул он взор в мою сторону, отложив напильник.
Я выдумал на ходу:
- Иванов Дмитрий Алексеевич. Друг. В 1995-м умер.
- Иванов Дмитрий... - вспоминал он. - Где-то я видел... Он разбился? Катастрофа какая-то была, да?
- Да, - подтвердил я. - В аварию попал.
- У него был большой черный памятник? - Я кивнул. - Помню, помню... Но по нему экскаватор, по-моему, прошелся. - pабочий указал за пустырь.
- Что, здесь все подряд сносится?
- Да. Сегодня нет, а обычно тут экскаватор шурует. Сейчас разбирают.
- Но у Димки-то есть родственники. Я вот от их имени пришел...
- Ты поздно пришел. Тут надо сразу выкапывать. Не надо ждать, пока доберутся до участка. Но и армян тоже перезахоранивают. Я сам лично две армянские могилы вырыл. Перевезли в Говсаны. За некоторыми из-за рубежа приезжают, перевозят прах. Вот мне сказали найти Манукян. Хожу вот, ищу..., - рабочий резко притих и приставил указательный палец к губам:"Т-с-с-с...".
- Что случилось? - инстинктивно шепотом спросил я.
- Тихо. Полиция.
По алее между секторами шли двое полицейских.
- Что они здесь делают?
- Наблюдают, чтоб безобразия не было...
- А то, что останки с землей экскаватором сравнивают, как называется?..
- Это, дорогой, ты у них спроси, - улыбнулся рабочий и указал на полисменов.
Свой взгляд я перевел на новостройку.
- И много тут таких будет?
- Будет, - ушедшие полицейские вновь оживили его голос. - Слышал, будет, и не одна. Дорога - это ведь повод. Я столько лет работаю на кладбище, считай, наедине с собой постоянно. За это время научился размышлять. Ну зачем здесь расширять дорогу?.. Ты видел когда-нибудь здесь или там, или там, - рабочий указал на три стороны вокруг кладбища, - пробки? Я - нет. Мелкие заторы есть, но не так, как в городе. Это все повод. Район ведь пpестижный...

ДЬЯВОЛ: "НУ И ИНФЛЯЦИЯ У ВАС НА ДУШИ!.."

Я все прекрасно понимал. Хотя и напрягаться для этого не особо надо. Два строящихся на противоположной от центрального входа стороне здания и одно по Дарнагюлю - лучшее подтверждение всему. В частности тому, что святости не осталось никакой. Руководители на всех ступенях прекрасно знают психологию масс - говорливых, но бездейственных. Поворчат на кухне, выпьют чаю, тяжело вздохнут: "А что поделаешь?..." и лягут спать, ожидая событий, которые можно вновь обсудить, что дают определенный смысл и повод жить.

Меня изнутри поедал какой-то червь: "Чего я могу добиться в стране, не став лицемером?". Ответа я так и не нашел. Тогда зачем я живу? Получается - бездарно. В том, что эта статья никаким образом не изменит расстановку текущих дел на Монтинском кладбище, я уверен. Разве что у меня появятся проблемы...

В свое время российская "Комсомольская правда" своим расследованием сняла с должностей 30 так называемых "оборотней в погонах". У нас же, когда одни СМИ дают фотосессию беспредела на Наримановском погосте, другие их тут же обвиняют в том, что они ищут "дешевую снесацию" или что-то вpоде того.

Интересно, а понимают ли чиновники ИВ, которые подписывали этот документ, каково вытаскивать из могилы своих предков? Каково смотреть на их кости? Каково стирать из памяти, что они были людьми и запоминать их на всю оставшуюся жизнь лишь набором костей, который пришлось вытаскивать из гроба? Каково вытаскивать своих родителей из могил? Каково родителям вновь перезахоранивать своих детей?
Допустим, что перенос кладбища - мера вынужденная, как говорят в правительстве. Но неужели нельзя все сделать по-человечески? Обязательно ли травмировать и без того не выходящих из состояния стресса граждан?
Tags: государство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 24 comments